rift: Окружённая среда

Доктора ездили к Наташе и отдельно и консилиумами, говорили много по-французски, и по-немецки и по-латыни, осуждали один другого, прописывали самые разнообразные лекарства от всех им известных болезней; но ни одному из них не приходила в голову та простая мысль, что им не может быть известна та болезнь, которой страдала Наташа, как не может быть известна ни одна болезнь, которой одержим живой человек: ибо каждый живой человек имеет свои особенности и всегда имеет особенную и свою новую, сложную, неизвестную медицине болезнь, не болезнь легких, печени, кожи, сердца, нервов и т. д., записанных в медицине, но болезнь, состоящую из одного из бесчисленных соединений в страданиях этих органов.

В этом коротеньком предложении технически точно схвачено то, что в последние 15-20 лет попадает под рубрику в сабджекте. При этом, если идея о том, что нужно лечить не болезнь, а больного, была в позапрошлом веке общим местом (она приписывается Гиппократу), то вторая часть для того времени гораздо менее тривиальна: "каждый живой человек имеет свои особенности [читай: однонуклеотидные полиморфизмы] и всегда имеет особенную и свою новую, сложную, неизвестную медицине болезнь, не болезнь легких, печени, кожи, сердца, нервов и т. д., записанных в медицине, но болезнь, состоящую из одного из бесчисленных соединений [читай: полногеномных ассоциаций] в страданиях этих органов". Антиредукционистский дискурс конечно существовал, но такие формулировки как здесь, мне не встречались. Интересно, матерый человечище это сам придумал, или где-то прочитал. Если сам, то братья Черепановы и А.С.Попов нервно курят в сторонке.