rift: Окружённая среда

Давным-давно, когда заслуженный артист союзных республик и любимец Рабиндраната Тагора Иоканаан Марусидзе вызывался связать посетителей железнодорожных клубов с пророком Самуилом, пророку всегда задавали одни и те же вопросы: "Почему в продаже нет животного масла?" или "Еврей ли вы?"

Возможно не без влияния этих вопросов, спустя несколько лет после гастролей Иоканаана родился весьма актуальный тогда анекдот. Он существует в разных версиях, вот вариант, который я впервые услышал примерно 50 лет назад:

Секретарь парткома, закончив лекцию об успешном перевыполнении плана первой пятилетки, предлагает слушателям задавать вопросы. Рабинович поднимает руку: "Товарищ лектор, если надои молока так увеличились, то где сливочное масло?"

Через неделю, после следующей лекции, друг Рабиновича поднимает руку: "Товарищ лектор, я уже не спрашиваю где масло, но где Рабинович?"

В кругах, в которых я вращался, выражение "я уже не спрашиваю где масло" было часто употреблявшимся фразеологизмом.

На днях я прочитал стихотворение известного иракского поэта Ахмеда Матара "Пропавший" или "Мой друг Хасан" (на картинке подстрочный перевод Ибрагима Ашура). Мог ли его сюжет возникнуть независимо от советского анекдота? Если да, то мне придется поверить в возможность конвергентной эволюции. Но скорее всего, Ахмед Матар, который давно живет в Лондоне, где-то прочитал или услышал этот анекдот. А может быть, ему Рабинович напел...