![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Память Я носил ордена. После - планки носил. После - просто следы этих планок носил, А потом гимнастерку до дыр износил. И надел заурядный пиджак. А вдова Ковалева все помнит о нем, И дорожки от слез - это память о нем, Сколько лет не забудет никак! И не надо ходить. И нельзя не пойти. Я иду. Покупаю букет по пути. Ковалева Мария Петровна, вдова, Говорит мне у входа слова. Ковалевой Марии Петровне в ответ Говорю на пороге:- Привет!- Я сажусь, постаравшись к портрету - спиной, Но бессменно висит надо мной Муж Марии Петровны, Мой друг Ковалев, Не убитый еще, жив-здоров. В глянцевитый стакан наливается чай, А потом выпивается чай. Невзначай. Я сижу за столом, Я в глаза ей смотрю, Я пристойно шучу и острю. Я советы толково и веско даю - У двух глаз, У двух бездн на краю. И, утешив Марию Петровну как мог, Ухожу за порог. Борис Слуцкий,1956 | Чаепитие "Сегодня ночью снился мне Петров. Он, как живой, стоял у изголовья. Я думала спросить насчет здоровья, но поняла бестактность этих слов". Она вздохнула и перевела взгляд на гравюру в деревянной рамке, где человек в соломенной панамке сопровождал угрюмого вола. Петров женат был на ее сестре, но он любил свояченицу; в этом сознавшись ей, он позапрошлым летом, поехав в отпуск, утонул в Днестре. Вол. Рисовое поле. Небосвод. Погонщик. Плуг. Под бороздою новой как зернышки: "на память Ивановой" и вовсе неразборчивое: "от..." Чай выпит. Я встаю из-за стола. В ее зрачке поблескивает точка звезды -- и понимание того, что, воскресни он, она б ему дала. Она спускается за мной во двор и обращает скрытый поволокой, верней, вооруженный ею взор к звезде, математически далекой. Иосиф Бродский, 1970 |
(no subject)
Чай выпит. Я встаю из-за стола.
В ее зрачке поблескивает точка
звезды -- и понимание того, что,
воскресни он, она б ему дала.
Он пьет свой кофе -- лучший, чем тогда,
и ест рогалик, примостившись в кресле,
столь вкусный, что и мертвые "о да!"
воскликнули бы, если бы воскресли.
(no subject)
А воскресенье началось с дождя,
и гость, на цыпочках прокравшись между
скрипучих стульев, снял свою одежду
с непрочно в стену вбитого гвоздя.
Она достала чашку со стола
и выплеснула в рот остатки чая.
(no subject)
К себе в субботу пригласила друга;
Был вечер, и закупорена туго
Была бутылка красного вина.
Заговорили о любви.- Она,-
Заметил Пушкин,- с вашей точки зренья
Полезна лишь для граждан умноженья...
И, значит, тоже в рамки введена.
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
Стоит Истомина; она
Вы меня заразили своими антологиями!
(no subject)
(no subject)
1. Герой приходит в гости к любимой женщине погибшего друга.
2. Изображение, висящее на стене, связано с погибшим и играет роль его прокси.
3. Чаепитие (его окончание констатируется в безличной форме).
4. Бесконечность в глазах героини.
и т.д.
Считаем вероятность случайного нахождения всех этих концептов в одном стихотворении (это не тривиально, но вполне возможно), эта вероятность будет очень мало отличаться от нуля. Альтернативно, для не любящих статистику, просто смотрим эмпирически, сколько еще стихотворений, содержащих все (или, хотя бы, большинство) этих концептов, есть во всем корпусе русской поэзии.
(no subject)
(no subject)
(no subject)
Опять же, фамилии у Бродского подчеркнуто условные: Иванова, Петров… Фамилия лирического героя наверняка Сидоров.
(no subject)
- Ты знаешь, сколько Сидорову лет? -
- Который еще Сидоров? -- Да брось ты!
Который приезжал к Петрову в гости.
На "Волге". - Этот старый драндулет?
Тот же 70й год, между прочим.
А потом они все исчезли:
Не было ни Иванова, ни Сидорова, ни Петрова.
Был только зеленый луг и на нем корова.
Вдали по рельсам бежала цепочка стальных вагонов.
И в одном из них ехал в отпуск на юг Семенов.
(no subject)
Off
Когда же и след от гвоздя исчез
Под кистью старого маляра,
Мне было довольно того, что след
Гвоздя был виден вчера
1964
(no subject)
(no subject)
А истории, боюсь, не знаю. И не находится сходу.
(no subject)
(no subject)
(no subject)